Yury Luchinsky / Лучинский Юрий Михайлович (ment52) wrote,
Yury Luchinsky / Лучинский Юрий Михайлович
ment52

Category:

СЕЛЁДОЧНЫЙ МИНЕТ или ПРАВО НА СВОБОДУ

Словечко красивое есть у наших современников. Харрасмент.
Это, дескать, когда презренный мужчина, пользуясь положением, пытается проникнуть в заветные чащи подчиненной ему дамы…

***

Утренний приход на службу. Дознавателем. В 14-е. Что на Ленинском проспекте.
Начало восьмидесятых.
Еще живы геронтовожди. Еще жива стагнирующая совдепия. Еще действует паскудное советское законодательство. В частности, об «обязанности трудиться» и «правилах паспортной системы». За нарушение чего, в виде «тунеядства» и «бомжовства», полагается посадка.
Пачечка бумажек на скрепке от дежурного. Материал. На бомжиху. Быстрый прогляд.

Русский стандарт. 27 лет. Ходка по "тунеядке". Две «по бомжу» после потери права на прописку в Ленинграде.  Третье задержание после освобождения. Формальных огрехов не видно. Кажется, молодая леди приехала на четвертый срок.
Сидит с вечера. Тянуть дело не следует.

Дверь «бункера». Засаленный интерьер из бурой «шубы» и трех скамеек буквой «П» по стенам. Константная вонь.
Спиной к  двери молодая баба. Потрёпанная, но не до полной амортизации. Одета почти не по-бомжовски. Не по чину густые вьющиеся волосы.
Оборачивается. Мать честная!
Ну просто Камелькова в «Зори здесь тихие». Остроумова на взлете творческой карьеры.
Лицо еще не убитое. Косметика без дворовых излишеств. Губы с блеском….

Блеск губ успокаивает ментовский      восторг. Ибо происходит от жирной селёдки, разделанной перед узницей на бумажке. Блеск ногтей идентичен.

-  Так, пошли. Время деньги. Ещё казённой селёдкой накормишься.

-  Начальник, ну кайф не ломай. Знаю, что приехала. Нет базара. Дай доесть. Со вчера не ела. Не успела до хаты дойти, ваши взяли. Хорошо утром хоть своего же похавать дали.

-   Дожёвывай по-быстрому. В капезе[1] к обеду успеешь, если быстро оформлю. Супом покормят.

-  Ох, начальники, никакого счастья от вас….. , - это уже в захлопывающуюся дверь.

-  Валера, давай её шустро ко мне. Успеете с «мелкими» в ивеес её сдать[2] - это дежурному.

Дежурный понимает свою выгоду. Не успев закурить за рабочим столом, получаю в двери прекрасную бомжиху. С блеском губ и ногтей.
Быстро тусую документы. По ходу кидаю вопросы.
Ответы ясны и чётки. Без дури и лжи. История тривиальная. Советская.
Завод. Лаборатория. Спирт. Бухалово. Сволочной начальник. Не совсем сволочной, разрешает уволиться «по собственному».
Расслабон. Друзья во дворе. Бухалово. Сволочной участковый. Действительно сволочной. Оформляет по «тунеядке» день в день по закону. Без какого-либо временнОго люфта.
«Двести девятая». Положняковый год. «Двойка» в Саблино[3].
«Звонок». Электричка. Дом.
И уже не дом. Право на прописку навеки утеряно, несмотря на согласие родителей и обитые ими ментовские пороги.[4]
Задержания. «Подписки о выезде». «Сто девяносто восьмая». Год. Ещё одна. Ещё год.
Воля. Еще два задержания. Две «подписки». Нелегальная жизнь в отчем доме. Третье задержание вечером по дороге из магазина. С продуктами. И пресловутой селёдкой.[5]

Жалко. Рука не поднимается к машинке. Дабы  печатать необходимый пакет документов. Для возбуждения дела и задержания с последующим арестом. Её бы, дуру, чуть-чуть притормозить на этой поганой дороге. Устроилась бы еще. Выправилась бы. Знаю, что не выправится. Но сажать не могу.

Отключаюсь от рассказа красавицы. Влезаю в бумаги. Изобретаю вариант, как признать бабу «принимавшей меры к выезду из города». И отказать в возбуждении дела. Дать неизвестно какую по счету возможность не сесть. Уехать куда-нибудь, где режим попроще. Приткнуться. Устроиться.
Задумчиво выстукиваю объяснение задержанной. Сочиняя от её имени сказку о поездках в отдаленные города Ленинградской и смежными с нею областей. И об отказах на тамошних предприятиях в приёме на работу.

Непонятное шевеление. Отвлекает от творческой мысли. Выразительный и нежный шёпот сбоку:

-  Начальник, ну не сажай меня. Ты же добрый, начальник. Давай, отсосу. Я хорошо умею…., - рука с блестящим «маникюром» ползет по моему бедру вверх. Влажные глаза смотрят умоляюще.

В голове ни малейшей мысли о правовой недопустимости акцепта заявленной оферты.
В сознании только блестящий от селёдки рот. Либидо умирает, не развившись.

-  Отъебись!

-  Начальник, ну пожалуйста,    -    ни какая Остроумова, ни в каких «Зорях» не сыграет такой плачущий взгляд.

-  Закройся. Сиди тихо.

Допечатываю «объяснение». Подложив бумажку для недопущения селедочных пятен, даю несчастной расписаться. Возвращаю паспорт и справку об освобождении. Вывожу в дежурку и выгоняю. Под «понимающую» ухмылку дежурного.

***

Это «у них» там «харрасмент». А в совдепии за право быть свободным иногда нужно было  еще и просить пососать.
==================

[1]   Старое жаргонное выражение. От былого КПЗ – «камера предварительного заключения». Подобные подразделения к тому времени уже не первый десяток лет именовались ИВС – «изолятор временного содержания». Существуют при гор-рай-органах.
Первый для человека островок в Архипелаге. Еще ментовский, но уже с режимом тюрьмы. Из ИВС человек, по выполнении с ним необходимых действий, направляется в СИЗО, «следственный изолятор». Это уже тюрьма. (Хотя и не «крытка», где отбывают наказание по тюремному режиму).

[2]  Утренний завоз из отделения в районный суд задержанных с ночи мерзавцев, коим инкриминировано административное «мелкое хулиганство». И кои, решением начальника отделения, должны быть наказаны не властью последнего, а судом. Т.е. «посажены на сутки».
В те светлые времена госорганы еще не разбухали до дикой дури. И в одном здании Кировского района Ленинграда находились суд, прокуратура, 7-е отделение милиции и дежурная часть РУВД с вожделенным ИВС. Все было удобно и компактно.
Сейчас – всё здание – один только суд. А все остальные получили по отдельному дому.

[3]  Учреждение УС-20/2 в пос. Саблино Ленинградской области. Старая, как мир, женская зона.

[4]   О том, как по советским законам массы людей делались пожизненными бомжами и зеками, я уже писал здесь http://ment52.livejournal.com/79030.html.  Очень полезно знать молодым идиотам, с чужих слов болтающим о нынешних бездомных и  советской «заботе о гражданах».

[5]  Немного о драматической роли селёдки в зековской жизни вот здесь: http://ment52.livejournal.com/61112.html.

Tags: СССР, баба, бомж, менты
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 25 comments