Yury Luchinsky / Лучинский Юрий Михайлович (ment52) wrote,
Yury Luchinsky / Лучинский Юрий Михайлович
ment52

Categories:

Прогулка по Кировск..., простите, по Каменноостровскому.

Такая вот песенка вертелась на вырождающихся патефонах и зарождающихся радиолах в Ленинграде в середине пятидесятых



"...Лишь в Петроградский свой район парнишка был влюблен.
И всем своим друзьям твердил уверенно,
Что ничего прекрасней нет, чем стройный Кировский проспект
И тихие аллеи парка Ленина...."

Парку Ленина давно уже возвращено изначальное имя Александровский, а Кировскому проспекту, соответственно, Каменноостровский.
Будучи  парнем с Петроградской стороны несколько более старшим, чем данная песня, на днях выбираюсь на прогулку по тому самому Кировскому проспекту. В компании с моим молодым другом, блогером Антоном Вагановым http://avisman.livejournal.com/ .
Травлю Антону байки про былую жизнь на озираемых местах. И использую его неплохую фотоаппаратуру, вместе с ним самим, как фотографом.
***
Итак, пошли.


Остановка автобуса в начале проспекта. С бабушкой в парк Ленина ходили через нее гулять. Середина пятидесятых. Года три-четыре мне было.
От Малой Посадской шли. Переходили здесь Кировский (так он тогда звался) и углублялись в парк. Сразу за остановкой была дорожка покрытая крупным гравием. Самое то, чтобы трехлетнему пацану на трехколесном велосипеде изображать себя шофером, едущим по тряской дороге.
Ездить уже тогда приходилось много. И езда по советским дорогам ассоциировалась сугубо с тряской.

На самой остановке был навес для пассажиров, опирающийся на два киоска с лимонадом и папиросами. Обыденное для 90-х годов (пока не посносили) и нигде больше тогда в центре Ленинграда не виданное.
А автобус-то, 46-й, жив еще, сердешный. И тогда здесь ходил. На этой остановке мы на него с матерью садились, чтобы ездить на Московский вокзал. То отца с северов встречать, то самим к нему кататься.



Куйбышева. Большая Дворянская. Большую и Малую Посадские с давных времен сохранили. А Дворянские, Большую и Малую, Куйбышева и Мичуринскую, так и оставили. Дворян так и не любят.
За заборчиком слева Музей Политистории, раньше – Музей Революции. В нем меня когда-то в пионэры принимали. В первый раз. Потом выгнали. Второй раз на «Авроре» принимали. Со следующей группой. Такой уж у нашей школы ареал бессмертных достопримечательностей был.
Да, а с балкончика над залом, где меня опионеривали, в апреле 1917-го Ленин выступал. Перед пьяной матросней. За революцию агитировал. Ну, те потом и понакосорезили.
А в сером доме слева за музеем в глубоком совдепе былы магазин «Ленодежда». Пиджачки-пальтишки там покупали. «Булыжного» цвета и «дубового» покроя. Все были разные. По размеру и росту….



Мечеть наша, красавица просвечивает. Хоть и не мусульманин я, а нравится она мне. Город украшает.
Пацанами забегали туда. Дядьки, то-ли муллы, то-ли кто, вежливо просили ботинки снимать и показывали, где можно ходить, а где не стоит. Уже в пятидесятые, в отличие от православных, всё было радиофицировано. И на стенках везде висели громкоговорители с советской символикой. Чтобы правоверные уши не напрягали.

Году, кажется в 56-м, нас с бабушкой как-то близко к этим местам не подпустили строгие мужики. А у мечети народу много было и машин красивых.
Потом уже кто-то пояснил, что Гамаль Абдель Насер, египетский президент приезжал Аллаху помолиться.
Англичане его к себе не пускали, ибо с немцами в мировой войне заигрывал. Да и идеи панарабизма пропагандировал. А наши его были рады cтараться принять. Любят у нас такое.



Больше сотни лет течет бронзовая водичка в «Стерегущий».
Классе в третьем мы учились. Как раз полвека назад. Гуляли после школы, прямо с портфелями. И повадились с гранитного парапета у памятника этого в сугроб прыгать. Большой был сугроб. Рыхлый. Все нормально прыгали, а я головой вниз решил.
Так и не знаю, на что тогда головой напоролся. Только домой меня пацани проводили всего в кровище. И шрам на лбу лет тридцать держался. Потом лицо расширилось от хорошей жизни. И шрам растянулся.



Пока Горьковскую в 63-м не открыли, место было тихим и зелёным. А чуть правее, примерно где сейчас вход в подземный переход, стоял красивый общественный туалет из камня. Его архитектурные братья стояли также у Литейного моста с Выборгской стороны, и у Лейтенанта Шмидта (сейчас Благовещенский), с Василеостровской стороны. Только последний и остался. В нем чуть ли не кабак сейчас.
А в этом нашем туалете была деревянная дверь между «МЭ» и «ЖО». Дырочка была в ней проковыряна и пацаны изучали через нее наглядно анатомию слабого пола.





Сталинский дом – мой ровесник. Внизу тогда располагались элитные магазины: табачный, винный (с розливом) и парфюмерный (на углу, входили с проспекта).
Гуляя с отцом, приезжавшим с северов, мы сначала заходили табачный. Он был весь очень красиво расписан какими-то орнаментами, типа Хохломы. Отец покупал положенные морскому офицеру крутые папиросы «Казбек».
Потом заходили рядом в винный. В разливной отдел. Отец брал себе, полагаю, «соточку» коньяка. Выпивал ее прямо за шикарным мраморным прилавком. А положенную в комплекте шоколадную конфету отдавал мне, болтающемуся у ног.
Затем шли в парфюмерный и покупали матери в подарок крутые духи типа «Красная Москва».
Помню, что вскоре после одного такого шопинга мы гуляли уже вместе с матерью. И я в восторге вопил: "Мама-мама, а мы с папой сюда ходили!!!». И показывал на винный магазин.
- И что же, Юрочка, вы с папой там делали?
- Ой, мама, конфетки кушали. Вкусно было!!!
Отец долго смеялся по поводу того, что сынок его не заложил.



Справа – особняк Витте. Испокон веков советская музыкальная школа. Самая красивая девочка в нашем классе, Марина Антипенко, в этой школе училась по классу фоно. И на всех концертах самодеятельности в школе, естественно, играла.
А дальше, на углу Малой Посадской давно уже родной и привычный компьютерный «Кей».
Тогда был шикарный продовольственный магазин. С зеркальными витринами, аквариумом с живыми карпами в рыбном отделе. И закутком с соками в круглых стеклянных колбах с крантиками внизу. Вожделенное лакомство каждого совкового ребенка. Соль для томатного сока была рядом в баночке. А ложки для подсаливания и размешивания стояли в стакане с проточной водой…
Магазин взрослые называли «двадцать шестой». Хотя, в первом же классе, прочитал, что он таки «пятьдесят второй»….. «Двадцать шестым» он был в блокаду. И мать с бабушкой покупали в нем по карточкам скудные харчи.

.





Вход в «Ленфильм» с проспекта, до 64-го года был загорожен полукруглой галереей-ротондой. В галерее постоянно были выставлены ручной работы фотомонтажи о новых фильмах. Проходящий мимо пипл обязательно их просматривал, обсуждая популярных актеров. Вот она, как живая, эта ротонда.




А в доме, предшествующем «Ленфильму», на втором этаже жила моя учительница музыки. К ней я два раза в неделю ходил с нотной папкой с ручками-завязками.
Лидия Аркадьевна была бабулей древней, занимала в огромной коммуналке одну комнату и была последней из семейства, ранее занимавшего всю квартиру. Побрякушки на камине и звончайший рояль были «оттуда».
Выходя после урока от учительницы я каждый раз шел пешком в сторону Большого Поспекта, куда мы и сейчас движемся.
***
На углу Австрийской площади (название, кстати, недавнее, раньше она никак не именовалась), слева раньше был «Молокосоюз». Так, архаично даже для пятидесятых, моя бабуля называла молочные магазины.
В конце пятидесятых в витрине магазина появилась шедевральная для отсталой жизни реклама. Наряженная в русскую красавицу, почти в полный рост механическая кукла, через каждые половину-четверть минуты поднимала руку с молочной бутылкой и наливала какую-то жижу в стоявшую внизу чашку. До самого закрытия магазина. Смотреть было интересно.



Перекресток с улицей Скороходова, ныне Большой Монетной.
Моя младшенькая дочка в 90-е несколько лет работал на этой улице в Петроградском РУВД следователем. Улицу я называл «Большой Минетной». У ребенка хватало юмора не возмущаться.
Справа по Б. Монетной Александровский лицей, переведенный когда-то сюда из Царского Села, где учились преемники пушкинского выпуска.
А чуть дальше по Монетной, в глубине двора, не знаю, как сейчас, а раньше находился петроградский вытрезвитель. Уже не будучи «Парнем с Петроградской стороны», я в 16 лет, с одной из первых получек на советском заводе, умудрился здесь загулять и попасть в этот вытрезвяк. По всей программе. И с осознанием, с чего начинается родина. Событие даже описано в моих мемуарах: http://ment52.livejournal.com/50940.html

А на углу по Монетной налево в красном доме в семидесятые-восьмидесятые был пивбар «Золотое Руно». Популярное было местечко. Злачное. Став постарше, любил там бывать. Была изюмина в  совке – пивбары. Дефицит был всего. И пива, и мест для его потребления. Каждый пивбар был обречен на сверхполную загрузку и любовь пипла. Несмотря на разбавленное пиво.




За садиком Александровского Лицея, справа, на перекрестке с улицей Рентгена, еще одно красивое старопитерское здание. Если в «Ленодежде» на Куйбышева окрестный народец покупал себе шмотки, то здесь была «Ленобувь», где приобретались ботинки, туфли и, стон женщин – «румынки», т.е.зимние ботинки на каблуках. Отличалось все друг от друга, повторяю, только по типу. И по размеру.



Заканчивается мой маршрут после урока музыки. Большой проспект. Во втором доме по правой стороне был шикарный магазин радиотоваров.
На витрине красовались шедевральные советские приемники «Фестиваль». Огромные, не умещавшиеся на стандартных домашних тумбочках. Шикарно отделанные. С хорошей акустикой массивного деревянного корпуса. Двести рублей стоили. Две, или почти две, инженерских зарплаты.
Бюджетных радиол за сотню с небольшим было чуть больше. Вида три, пожалуй.
А я страдал от вожделения перед компактной рижской «Гауей» и более крупной, но тоже переносной «Атмосферой». Аппараты были уже транзисторные. Не шибко дорогие. Рублей по 30-40. Без необходимых для слушания «вражьих голосов» коротких волн. Но хорошо выгребающие советскую попсу по паре-тройке отечественных радиоканалов.
Два раза в неделю ходил в этот магазин. Мечтал.
Отец к этому времени уже перестал быть офицером. Мудро уйдя из защитников родины под хрущёвское сокращение. В чине капитана 3-го ранга. (Я по званию чуть старше). Но денег в семье стало мало. Так я тогда приёмника и не дождался….



На той же площади Льва Толстого. Повернувшись спиной к Большому.
Даже не заметил когда он перестал существовать в этом доме с башнями. Кинотеатр «Арс». Место паломничества окрестной мелкоты по воскресеньям на киноутренники по 10 копеек за билет. Сейчас там просто театр.



Взрослые называли его по-старому «Промкооперация», как до войны. А мы, мелочь, уже «Ленсовета». Здесь в малом зале постоянно ставили детские кукольные и живые спектакли. И нас с первого класса сюда, благо близко, водили на эти спектакли. Строем и за руки. В сопровождении пары взрослых.
Уже дожив до полтинника, захаживал сюда временами на рок-концерты. Нередко встречая знакомых молодости и на сцене, и в зале. И оттягиваясь пивком среди молодежи. Потом распрощался с алкоголем. И рок-концерты стали неинтересны.



«Чапыга». Ул Чапыгина.
Телецентра еще не было. А мать меня мелкого водила в «Филатовскую поликлинику», что в желтом здании в глубине. На осмотр для поступления в первый класс.
В отеле, что слева, давным давно была гостинца "Дружба". И на ее брандмауэре, обращенном к телецентру, еще до недавних лет во всю высоту были изображены какие-то дружественные представители разных рас.
Уже в зрелые годы, в разгаре политической карьеры, не раз пришлось поболтаться по студиям телецентра в разных передачах, прямых и записных. И водочки попить с телебратией.
А при входе в телецентр как-то даже чуть не был хорошо побит гневным советским народом. Вот о том рассказик: http://ment52.livejournal.com/3356.html



Конец проспекта. Вот и Малая Невка. С выходящим на нее Лопухинским садиком. В моем детстве он был, не к ночи сказано, офицально, «Сад Дзержинского».
Летом 58-го, мою мать, библиотекаря, откомандировали на лето в этот сад. Сидеть в старинном деревянном дачного типа доме. И выдавать болтающимся пионерам и школьникам книжки, пинг-понговвые ракетки и игрушки. Для культурного досуга.
Целыми дням болтался я при матери по этому саду, играя с пионерами и школьниками.


_______________________________________

Вот и закончился мой Кировский проспект.
Собираемся с Антоном в ближайшем будущем прогуляться и по парку Ленина с ближайшими окрестностями. Еще что-нибудь посмотрим и вспомним.
Tags: Петербург, прогулка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 20 comments