Yury Luchinsky / Лучинский Юрий Михайлович (ment52) wrote,
Yury Luchinsky / Лучинский Юрий Михайлович
ment52

Лицемерие. Или по-другому о жуликах и ворах.

Советскому народу свойственно лицемерие.
Плохие красивее всех говорят о хорошем. Жадные – о бескорыстии. Бляди – о целомудрии.
Воры с упоением говорят о честности. И с пеной у рта призывают «отрубать руку» всем пойманным на краже, «как в Турции».
А не воров в России нет. Просто нет, и все!
Лишь размеры, установленные в Законе, позволяют разграничить воровство каждого жителя великой страны. На уголовно, либо административно наказуемое. На невинное баловство, служебное злоупотребление, растрату и т.п.

***

Моя первая теща Дуся пытается мне в этом оппонировать. Заодно упоминая свой долгий стаж в КПСС. В ответ я вспоминаю рабочую спецодежду, которой она когда-то обеспечивала меня. Упертую ею с работы. Теща симулирует свою скоропостижную кончину.
Вторая теща, Тося (Светлая память!), проработала всю жизнь секретарем в суде. А на пенсии трудилась уборщицей. В ответ на ее заверения о чистоте рук я кивал на хранящийся в туалете мешок со швабрами и стиральным порошком. Естественно, похищенными на работе. Как клок шерсти с паршивой овцы. В тишине раздавался грохот копчика падающей на задницу Тоси.
Родной матери, при аналогичных ее заверениях, я демонстрирую полки с книгами. Перекочевавшими в наш дом из питерской библиотеки. Когда матушка работала там заведующей…


Самого себя я не анализирую. Ввиду полного признания целого ряда воровских эпизодов за мою длинную жизнь.
Бывая с любимой девушкой в гостях у ее прабабушки, показываю Ксюне входную дверь. С массивными бронзовыми ручками. Сделанными её дедом-токарем в 16 лет на родном советском заводе. Из дорогого ворованного металла. Разъясняю ненаглядной механизм отчуждения юным предком имущества от оборонного предприятия родной страны.
Крал! Что мог, то и крал!!!
Определяя размеры похищенного лишь собственным инстинктом самосохранения.
Кое-как самосохранился.

Праведный гнев тось и дусь в адрес Березовских и Гусинских – всего лишь зависть по поводу разности воровских потенциалов.
Ну не хватает честным гражданам возможностей спереть столько же, сколько березовские и гусинские.

***

Кстати, накоммунизденные народом с родных предприятий гвозди, рейки, или стиральные порошки – имущество однозначно пропавшее. Как и съеденная пиплом провизия, которая уже никогда не станет чем-либо, кроме пролетарских экскрементов.
Приватизированные же Гусинскими и Березовскими миллиарды еще обязательно будут служить человечеству. Ибо они не пропиты и не проедены. Они лишь изъяты из гибельного российского оборота.

***

Осень 2000 года.
Ленинский /1/ федеральный суд Адмиралтейского района Петербурга.
По «49-й» /2/ защищаю молодую девицу. Продавщицу какой-то лавки. По тривиальной 200-й статье УК./3/ То-ли обсчитала кого-то, то-ли обвесила – точно не помню. Рублей на двадцать обманула.
Девица, пустив легкую слезу, объясняет причины. И зарплата маленькая, очень маленькая. И воруют те же покупатели, так что недостачи постоянно. И жить попросту хочется – что-нибудь себе покупать и т.п.
Судья, Лена Лоткова /4/, которую я знаю около сорока лет. Бывшая однокурсница. Читает подсудимой морали. С пафосом. На темы чистоты рук и совести.
У меня сводит челюсти от наплывающих мыслей в духе начала данного рассказа.
Судебные прения. Государственный обвинитель пылко клеймит позором преступницу.
С пафосом и с неприкрытым понтом.
Требуя, в конечном итоге, мягкого и символического наказания. Ибо наказывать девку особо и не за что.
Меня трясет.

Адвокат Лучинский в защитительной речи:
- Я прошу вас, Ваша честь, учитывать малозначительность и социальную обусловленность содеянного подсудимой. Ибо никто в своей жизни хоть когда-нибудь не избежал соприкосновения с незаконно добытым имуществом, даже федеральные судьи…
- Адвокат, делаю вам замечание за недопустимые высказывания! – с окаменевшим лицом произносит судья Лоткова.
- Примите мои извинения, Ваша честь.
Я искренен в извинении. До меня задним умом доходит, что я ляпнул нечто совершенно недопустимое с точки зрения судебной этики. Так ляпнул, как, наверное, еще никогда в жизни не ляпал.

Всем общим знакомым Лена заявляет, что у нее в процессах больше «ноги Лучинского не будет».
Я у тех же общих знакомых прошу ходатайств перед Лотковой о моем помиловании.
Ходатайствуют. Елена Александровна меня постепенно милует. Слава Богу.

***

В далекие годы мы водились в одной компании. Я знавал Ленину мать. «Лидусю», как она именовалась в третьем лице.
Добрейшая женщина, ветеран блокады. Одна вырастила и поставила на ноги двоих детей. В том числе и судью Лоткову. Лена всегда была весьма ухожена и очень прилично одета. У Лены дома всегда вкусно угощали.
«Лидуся» всю жизнь работала в советской торговле.
Я тоже в то время поработал в этой торговле. И знаю, что в семидесятые годы оклад старшего продавца составлял сто тридцать два советских рубля/5/ . С премией и после удержания налогов продавец мог легально получить 150-170 рублей.
На эти деньги можно было кое-как прожить одному. Но никак нельзя было содержать сытой и хорошо одетой взрослую дочь, судебного секретаря с окладом около девяноста рублей /6/ .
Уклад советской жизни подразумевал, что нормальный торгаш будет немножко обвешивать, немножко обсчитывать. Использовать пересортицу и экономию естественной убыли. Повышать влажность продуктов. Понемножку добывать и реализовывать «левый» товар и т.д., и т.п. Увеличивая свой месячный доход на пару-тройку сотен рублей.
Уточняю, нормальный торгаш. Умный и нежадный. Жадный – попадется и «сгорит».
Леночкина «Лидуся» была нормальным продавцом. И избегла глобальных неприятностей. Хотя и день за днем, так или иначе, совершала то, за что ее дочка позднее стала пачками судить торговых девчонок.
Честь и слава за это «Лидусе». Я искренне ею восхищаюсь. И нет в моем мозгу ни одной критической мысли в ее адрес.
Но Леночка-то пришла к своему высокому креслу, будучи вскормленной на средства, добытые сугубо «преступным путем».

***

Об этом думал я, совершая грубое нарушение судебной этики в своей адвокатской речи.
Об этом думаю я, слыша возмущения граждан о том, что «всю страну разворовали…»
Еще я по собственному опыту знаю, что советские «торгаши» воровали с риском для собственной личности то, чем владели законно в соответствии с договорами о полной материальной ответственности.
А также, как бывший пролетарий, знаю, что коллеги по классу перли просто все, что могли, пока хозяева не видят…
___________________


/1/ Ленинский и Октябрьский районы объединены в один Адмиралтейский, а суды до сих пор остались те же с советскими названиями.

/2/ Участие адвоката по назначению суда в старом УПК.

/3/ Обман покупателей и заказчиков… Символическое наказание, по первому разу даже не связанное с лишением свободы.
В свободной стране такое деяние вообще не может быть предметом уголовного преследования. Борьба с таким явлением должна осуществляться, например, обществами потребителей. И далее – по законам рыночной конкуренции.
Хоть здесь россиян ума хватило. Данное деяние уже несколько лет, как декриминализовано.

/4/ Моя бывшая однокурсница. Вся жизнь в суде. Почти тридцать лет в судейском кресле. А до этого – несколько лет на стуле судейского секретаря.
Специалист очень высокой квалификации. Заслуженный авторитет в профессиональных кругах. Гуманный настрой: “где можно – прощать, где нельзя прощать – хотя бы не сажать”. Легендарная личность по чистоте рук.
Сейчас – в отставке по выслуге лет.

/5/ По тогдашним ценам – около тридцати бутылок водки.

/6/ По тогдашним ценам около двадцати бутылок водки.


© Юрий Лучинский
2002-2011 г.г.

Tags: власть, кража, народ, суд
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 62 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →