Yury Luchinsky / Лучинский Юрий Михайлович (ment52) wrote,
Yury Luchinsky / Лучинский Юрий Михайлович
ment52

Categories:

Свой среди чужих. Чужой среди своих.

Не жалует меня ментовская братия.

Для тех, кто не знал меня раньше, я просто гад.

Для тех, кто знал – вдвойне гад. Изменник и перебежчик.

Жена и дочка, следователи, еще недавно мне об этом без особых обиняков говорили.

Сейчас дочка что-то поняла. И благоверная, кажется, что-то понимать начинает. Ругают меня поменьше.

***

Впервые я проявил свою гнилую сущность еще в восьмидесятые годы. Заявил начальству о нежелании расследовать так называемые «хозяйственные» дела.

-  Боюсь, что при расследовании хозяйственных дел я могу срастись с преступниками. Ибо, по моим убеждениям, их таковыми не считаю!

Ну, диссидент, да и только.



***

Февраль 1991 года.  Сессия Верховного Совета.

Обсуждается закон «О милиции».

Время еще советское. Демократы в оппозиции.

Правозащитники бьются за human rights. Активно протестуют Золотухин[1], Ковалев[2], Якунин[3].

Больше всего протестов вызывают прописанные в законе права милиции на задержание, применение силы и спецсредств, проход в помещения и т.п.

С одной стороны – все это испокон веков делает милиция, да и должна это делать. С другой – ну никак нельзя общественно опасной советской милиции давать много прав. И тогда, и, особенно, сейчас.

Но ведь хоть иногда-то эти ребята что-то нужное совершают. И руки им при этом отбивать ну никак нельзя.

Так примерно я и рассуждаю, готовясь к выступлению в прениях.

Мое депутатство - 10

- Уважаемые коллеги. Никак нельзя лишать правоохранительные органы возможности реализовывать свою силовую сущность. Иначе они и вовсе ни смогут ничего путного сделать для населения. Борис Андреевич, Сергей Адамович, отец Глеб, я вас всех Христом-богом прошу, проголосуйте за закон в предложенной редакции. Как милиционер вас прошу!

- Ну, шельмец, ты меня даже именем господним повязал. Как же я теперь смогу против голосовать, - ухмыляясь, бурчит отец Глеб, когда я прохожу мимо него, спустившись с трибуны.

Закон о милиции принимается таким, какой он есть сейчас.

***

Конец 1991 года. Сессия Верховного Совета.

Обсуждается закон об ОРД[4].

Время уже не совсем советское. И в оппозиции уже «совки», «коммуняки», гегемоны, оленеводы, «крепкие хозяйственники» и прочий сброд. Еще недавно они тряслись, как бы не попасть «под раздачу» при расследовании дела ГКЧП[5]. Сейчас уже немного успокоились.

Накануне на этой же сессии обсуждалось представление Генерального прокурора о согласии на арест депутата Ачалова[6]. Наши избранники трясутся от страха и, естественно, протестуют против норм обсуждаемого закона, позволяющих оперативникам подсматривать, прослушивать и т.п. В том числе и нас, родимых. Народных депутатов.

И, опять-таки, все это испокон веков ментами делается. И, как всегда, нельзя большинству ментовских раздолбаев эти дела доверять. И, все-таки, делать это надо.

- Уважаемые коллеги! Если бы оперативные службы бдительнее следили за истинными врагами, может быть, и не дали бы нашему депутату Ачалову дойти до такой жизни, что сейчас пришлось решать вопрос об его аресте.

Депутаты гудят. Возмущаются.

Но закон об ОРД принимается таким, какой он есть сейчас.

***

В конце 1992 года я сам представляю на сессии закон «О публичных мероприятиях». Законом, в числе прочего, четко прописываются права и обязанности милиции. По пресечению незаконных действий участников митингов, шествий и демонстрации. Четкие и однозначные репрессивные права.

А наши депутатские «совки» уже готовятся к свержению Ельцина и выводу на улицы «широких народных масс».

Мой закон с треском проваливают.

И уже через полгода начинаются московские погромы. Сначала первое мая с убийством милиционеров и поджогом машин. А потом и кровавый октябрь…

***

Вот так, вот. 

«Перебежчик».



[1]  Золотухин Борис Андреевич, 1930 г.р., адвокат Московской городской коллегии адвокатов. При совдепе защищал диссидентов. За что длительное время подвергался запретам на профессиональную деятельность.

[2]  Ковалев Сергей Адамович, 1930 г.р., биолог. Соратник академика А. Сахарова по правозащитной деятельности. При совдепе за “антисоветскую агитацию и пропаганду”  был осужден на 10 лет. Наказание отбыл полностью.

[3]   Якунин Глеб Павлович, 1934 г.р., биолог по образованию. С 1962 года – священник русской ортодоксальной (т.н. православной) церкви. При совдепе за участие в правозащитных организациях подвергался репрессиям, как со стороны КГБ, так и со стороны руководства церкви. В частности, Алексея Ридигера, нынешнего патриарха. За “антисоветскую агитацию и пропаганду” был осужден на 10 лет. Амнистирован по отбытии 7,5 лет в 1987 году.

[4]  Оперативно-розыскная деятельность.

[5]  Государственный Комитет по Чрезвычайному Положению – трехдневная попытка коммунистов в августе 1991 года совершить в свою пользу государственный переворот.

[6]  Ачалов Вячеслав Алексеевич, 1945 года рождения. Генерал. В то время – командующий воздушно-десантными войсками. Был активным участником заговора ГКЧП. Но скрывался в первые дни после переворота и не попал под арест. А через пару-тройку месяцев депутаты опомнились и в согласии на его арест прокуратуре отказали.

2003 г.

Tags: депутат, менты
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments